Главная » » Восточные мотивы. Стихотворения и поэмы

В отличие от А. Хойслера, склонявшегося в пользу прямого заимствования, ХалльвардЛи считал хрюнхент размером, производным от дротткветта, но претерпевшим воздействие иноязычных традиций (48). Это влияние, как предполагал Ли, осуществлялось в форме «ритмического импульса» (rytmisk impuls). В качестве вероятного образца, в подражание которому развивается хрюнхент, Ли приводит сочинение аббата Арнульфа фон Ловен (Arnulph von Lowen, ум. 1250) «Ad Singula Membra Christi Patienti Rhythmus»: Salve, meum salutare, Salve, salve, Iesu care, Cruci tuae me aptare Vellem vere; tu scis quare; Da mihi tui copiam (49). Упомянутое произведение, однако, едва ли могло оказать значительное влияние на возникновение хрюнхента, так как этот размер появился в Исландии задолго до его сочинения. Наиболее ранняя поэма, созданная в хрюнхенте, — это так называемая «Драпа о буре на море» (Hafgerðingadrápa (50), драпа — скальдическая хвалебная песнь подробно исследуется в главе о панегирической поэзии), из которой до нас дошло только два фрагмента. Начальные две строки: Allir hlýði ossu fulli amra fjalla Dvalins hallar (B I 167) следует перевести, расшифровывая кеннинг, сочинение осень как «Пусть все слушают мою песнь». Сохранился также и припев (стев) драпы: Mínar biðk at munka reyni meinalausan farar beina; heiðis haldi hárar foldar hallar dróttinn of mér stalli (B I 167) Припев содержит молитву, обращенную к Господу: «Я молю безгрешного настоятеля монахов (= Бога) направить меня в моих путешествиях; Господь высоких небес, простри свою длань надо мною». Оба фрагмента приводятся в «Книге о заселении страны» (Landnámabók) и приписываются прозаическим комментарием христианину с Гебридских островов, который с дружиной Эйрика Рыжего плыл в Гренландию на исландском корабле в 986 г. Спустя 60 лет этот размер использовал Арнор Тордарсон Скальд Ярлов в своем знаменитом панегирике «Хрюнхенда», сочиненном в честь конунга Магнуса Доброго в 1046 г.: Magnús, hlýð til máttigs, óðar mangi veit ek fremra annan; yppa róðumk yðru kappi, Jóta gramr, í kvæði fljóti. (B I 306, 1) «Слушай, Магнус, песню славну, Слова я не вем иного. Я твою, владыка данов, Доблесть славлю речью доброй» (51). Высказывалось предположение (52), что Арнор Тордарсон первым ввел в употребление хрюнхент — его новаторство в области скальдического стихосложения более вероятно, чем вклад неизвестного автора «Драпы о буре на море». Арнор провел юность на Оркнейских островах и на севере Шотландии, был хорошим христианином и блестящим поэтом. Он был вполне способен на метрические инновации и, начав имитировать латинскую поэзию, мог легко овладеть сочинения по роману мастер и маргарита ее своеобразным ритмом — восьмистопным хореем. Появление хрюнхента в стихах скальдов может быть связано и с влиянием латинской христианской поэзии, хотя Снорри Стурлусон, очевидно, полагал иначе. Термины hrynhenda — «хрюнхенда», hrynjandi háttr — «текущий, льющийся размер» и dróttkvæða hrynjandi — «текущий, льющийся дротткветт» Снорри употребляет в «Перечне размеров» как синонимы (53) и, следовательно, считает этот размер производным от дротткветта, а не от латинской поэзии. Более того, непосредственно перед висами хрюнхента (62-64) Снорри приводит висы, сочиненные размером, который можно трактовать как переходный от дротткветта к хрюнхенту. Это так называемый кимблабонд (kimblabond, 59-67) — размер, в котором к каждой строке дротткветта присоединено двусложное слово, состоящее из долгого ударного и краткого безударного слога и рифмующееся с предыдущим словом: Hræljóma fellr hrími, tími hár vex of gram sára ára. (B II 78, 61/1-2)



      Нравится


Похожие статьи